26.10.2023
Художественному театру 125
Сегодня исполнилось 125 лет Московскому художественному театру (МХТ), основанному К.С. Станиславским и В.И. Немировичем-Данченко. Дата примечательная или второстепенная? И сегодня ценен опыт этого театра или его достижения устарели? В поиске ответов на эти и другие вопросы по просьбе «Слова» участвует председатель Омского отделения Союза театральных деятелей России, основатель и художественный руководитель государственного драматического театра «Галерка», заслуженный деятель искусств РФ В.Ф. Витько.
– Критики нередко характеризуют Московский художественный как первый в России театр, осуществивший реформу репертуара, создавший круг тем и последовательно разрабатывавший их от спектакля к спектаклю. Это преувеличение или констатация достижений?
− C этим сложно не согласиться. Но я бы сказал, что дело не только в выборе пьес как таковом. Кстати, практически одновременно Московский художественный театр и Малый (Суворинский) выпускали премьеры по пьесе «Царь Федор Иоаннович» – материал один, а насколько разные получились спектакли, различалось само отношение постановочных команд к рабочему процессу. Дело в подходе к репертуару, когда выбранная для постановки пьеса становится способом передать определённые актуальные идеи, воплотить посредством текста, визуального ряда, актерской игры некие художественные и общечеловеческие принципы. Ведь именно благодаря Станиславскому и Немировичу-Данченко фигура режиссера и его замысел, его намерения обрели новое значение для театрального процесса. Создатели МХТ ставили перед собой высокие задачи и поэтому повлияли на то, как мы даже сегодня, спустя столетие, читаем и понимаем, например, пьесы А.П. Чехова.
Важно также сказать, что театр вел особую внутреннюю жизнь, и это тоже влияло на репертуар, на то, как звучали со сцены пьесы. Станиславский и Немирович-Данченко создавали общность единомышленников, людей с близким мировоззрением, с неравнодушным отношением к театральному труду. Сохранились замечательные воспоминания о том, как первые актеры учились жить общиной, о том, какие этические и художественные принципы прививались этому творческому союзу. Именно этическое, идейное устремление режиссеров и актеров имело огромное значение и влияло на весь процесс – и на выбор пьес, и на технику репетиций, и на проработку костюмов, декораций.
– На сайте Московского художественного театра им. А.П. Чехова отмечено, что в работе Художественного театра над спектаклями по пьесам А.П. Чехова и М. Горького сформировался новый тип актера, тонко передающего особенности психологии героя, сложились принципы режиссуры, нацеленной на создание актерского ансамбля. Однако в «Театральной энциклопедии», изданной в Советском Союзе в 1960-е годы, упомянуто о том, что новаторские открытия в первой половине ХХ века постепенно превращались в штампы, Немирович-Данченко боролся с «правденкой», актерским штампами житейского правдоподобия. Что в этих высказываниях отражено в большей степени – взвешенность выводов или чрезмерная требовательность к театру?
− Думаю, эти высказывания просто отражают естественный процесс: каждый театр – живой организм, в его жизни − разные этапы. Есть периоды очень высокой концентрации творческой мысли, когда коллектив вдохновенно работает и открывает что-то новое. Потом это новое становится привычным и порой даже обыденным, выхолощенным. Тогда коллектив снова ищет возможности обрести творческую энергию. Это нормально для театра с многолетней историей. К тому же Московский художественный театр «получил в наследство» систему Станиславского, целое философское учение. И, конечно, коллектив МХТ – в любую эпоху, даже сегодня – словно находится в диалоге с этой системой: соглашается, спорит, противоречит, пересматривает…
– Любое значительное явление в области культуры (и театр – не исключение) переживает как минуты невиданного взлёта, так и творческие неудачи. За счет чего удавалось преодолевать противоречия развития, например, последствия, по словам критика А.М. Смелянского, глубочайшего кризиса, пережитого Художественным театром в 1950-е годы?
− Кризис – это, по сути, вызов для театра, связан ли он с политической ситуацией, особенностями общественной жизни в стране или внутренними процессами в коллективе. МХТ был рожден как театральная общность, которая остро чувствовала свое время, осознавала творческую миссию. Мне кажется, этот импульс всегда помогал театру проходить сложные периоды. Талантливые актеры и режиссеры, работавшие в этом театре, старались держать очень высокую планку.
– Какое влияние новаторские идеи Художественного театра оказали на мировой театральный и кинопроцесс?
− Конечно, в первую очередь стоит сказать о том, что легендарная система Станиславского получила широкой распространение, к ней обращаются актеры театра и кино по всему миру. Но я бы отметил еще один значимый момент.
МХТ утвердил не только новые принципы работы режиссера и существования артиста на сцене, но и стал некой моделью театра, в котором на первом месте – серьезные художественные задачи. Если театр существует не столько для прибыли и развлечения, сколько для просвещения, выражения высоких идей, значит, и творческий процесс там организован определенным образом: длительные качественные репетиции, продуманные костюмы, декорации, музыкальный ряд, проработка каждой роли. И, как мне кажется, именно эта модель театра помогала нам на протяжении ХХ века (да и сейчас помогает!) иметь иммунитет к поверхностной, сугубо развлекательной массовой культуре. Мы живем с ощущением, что театры в своем большинстве способны дать пищу для ума, вовлечь публику в глубокий разговор о важных вещах, обогатить наш духовный мир. Это дорогого стоит, не дай Бог нам это потерять.
Фото: https://yandex.ru/maps/ Вопросы задала Валерия Кучерявенко
